0

Пирожковый рай

Автор: Editor11 от 6-06-2014, 17:43

Пирожковый рай

 

Рассказ. На основе реальных событий

 

Рыночная суета. Хотя день и будничный, торговля идет бойко. Люд оживленный и налетает на прилавки, точно где-то подешевело. Я ничего не продавал и не покупал, но оказался в самый разгар знойного дня на площади популярной когда-то «фрунзенской» ярмарки. По заданию редакции собирал материал на тему «повышения материального благосостояния граждан».

В торговых рядах ловко сновала старушка с огромной, едва ли не с нее саму ростом сумкой-тележкой на колесиках. В сумище, судя по всему, были пирожки. У торговки от наплыва покупателей отбоя не было, да и продавцы на развалах, видимо, отлично знали старушку с пирожками. То и дело с разных сторон раздавалось: «Валентина, ко мне подойди!» Я тоже решил подойти. Пирожки оказались очень вкусными. «С котятами?» – пошутил кто-то рядом. А для меня действительно всегда было загадкой, как и где производятся эти шедевры кулинарии. Я заговорил со старушкой, когда она, усталая, остановилась в тени немного передохнуть: «Некогда мне сейчас, сыночек, вот в гости ко мне приезжай, там и поговорим». Отправляясь на улицу Санаторную, я еще и не предполагал, что судьба свяжет меня с ней на полгода…

 

Спальный частный сектор района Мясново. Среди обветшавших деревянных домиков часто встречались массивы кирпичных особняков. Дом Валентины был крайним, справа простиралось поле, за домом высились девятиэтажные новостройки. Мне почему-то очень захотелось пожить именно в таком старом доме, так сказать, сменить обстановку. «Оставайся, сдам комнату, всем говори, что ты – мой племянник», – недолго думала старушка. Моя комната занимала практически полдома, шесть окон – хороводы можно водить! Было в моем распоряжении что-то вроде кухни или прихожей и неотапливаемые сени. Вход в мою половину дома был отдельный с улицы. К бабушке я ходил в гости через огород за пирожками и рассказами, благо питание мое теперь состояло исключительно из пирожков на завтрак, обед и ужин, а хозяйка моя оказалась человеком интересной и сложной судьбы.

 

Судьба с детства не баловала маленькую Валечку. Мать ее умерла, когда девочке было пять лет отроду. Отец вскоре женился на другой. У мачехи было двое своих собственных любимых детей… Жизнь складывалась, как в сказке «Морозко» или про Золушку. Ребенок даже не всегда ел досыта. Самыми яркими воспоминаниями были те далекие дни, когда, бывало, родная мать пекла дома пироги, и тогда в доме неизменно был праздник.

Еще чаще как символ счастливой и сытой жизни пироги стали вспоминаться и даже сниться пятнадцатилетней Валентине, когда началась война. Отец ушел на фронт, и за малолетнюю сироту заступиться стало некому. Мачеха совсем перестала кормить девочку-подростка. Валентина устроилась работать на Новотульский завод в штамповочный цех. Восемьсот граммов черного с отрубями хлеба, смена по 12 часов, многокилометровый путь пешком домой. От усталости и голода пошатывало. Дома, который стал совсем холодным и чужим, спать приходилось на жестком сундуке, да и не заснуть было, страшно, что на смену проспишь и тебя сурово накажут…

Мачеха со своими родными отпрысками уехала куда-то в безопасный пригород, когда к Туле стали подходить немцы. Валентина осталась совсем одна. На улицах разбивали и грабили магазины и склады. Здоровые мужики подводами, а то и на спинах вывозили и таскали мешки с крупой, мукой и сахаром. Валентине по счастливой случайности удалось схватить и принести домой куль муки, килограммов на десять. Из нее на воде без соли девочка приготовляла лепешки и ела их. «Вот, – думалось ей в радужный мечтах, – вернется с фронта отец, кончится война, и я буду каждый день печь горячие румяные сладкие пироги…» Жить тогда Валентина перебралась в заводское общежитие рядом с заводом, хоть так силы свои экономила, все полегче было. Как раз в то время девушка ошиблась в работе с прессом, и ей наполовину отрезало палец правой руки.

 

Рассказывая о своей трудной жизни в военные годы, моя хозяйка привычно и ловко готовила очередную партию жареных пирожков на продажу. Пироги были с мясом, с капустой, с повидлом, с картошкой, с рисом и яйцом! Прямо-таки настоящая маленькая пирожковая фабрика на дому!

С военного завода Валентина убежала в деревню прямо зимой, как только немцев отбили из-под Тулы. В городке Киреевске ее приняла в помощницы по хозяйству одна добрая многодетная женщина. Спасались от голода в основном тем, что носили с полей из-под снега неубранную и необмолоченную рожь. Молотили сами в муку, шелуху не выбрасывали. Так пополам с ней и пекли хлеб. Жить стало сытнее, в деревне иногда ели даже картошку со свеклой.

Как пришло лето, Валентина нанялась в работницы в селе Дедилово. Хозяйство было большое: коровы, овцы, птица, огороды. После утренней дойки девушка взваливала на плечи бидоны с молоком и шла пешком десять километров до ближайшей шахты, где это молоко и продавала. Работала по хозяйству до позднего вечера, зато теперь ела досыта, молоко пила и даже поправилась в теле.

В Дедилово, где теперь жила Валентина, была больница, туда ее и пригласили работать санитаркой, обещали зарплату и паек. По тем временам дело завидное. Однако у Вали не было паспорта, на заводе оставила. В те времена за самодеятельный уход с оборонного предприятия давали до восьми лет лагерей… Валентина Никонова жила в постоянном страхе, что ее побег раскроется… Нашлись люди, научили, как поступить. За деньги у местной паспортистки она все-таки себе выправила временный на полгода паспорт! В общем жизнь налаживалась: сыта, обута и одета, хозяева к ней, как к родной дочке, относятся, работы Валентина не боится никакой.

 

…Война закончилась, пришел с фронта отец, уговорил дочку вернуться в Тулу. Валентину из деревни отпускать не хотели, остаться упрашивали, обещали помочь дом свой поставить… Видно, не судьба. Вернулась Валентина со всеми своими пожитками в город и узнала, что отца уж без нее похоронили… Сильно ранен солдат был.

Опять приходилось все начинать сначала. Да и не привыкать Вале, что жизнь и планы могут рушиться в одночасье, как, например, 22 июня 1941 года жизнь и судьбы десятков тысяч людей изменило. Валентина понимала, что не одной ей трудно, и после войны надо город и страну из руин поднимать. Работала на стройках, на железной дороге. Вышла замуж, вырастила детей. И все у нее было, как у всех. И даже старость пришла, как у всех: одинокая, нищая, безденежная. Пенсия-то все одно – копейки. Так и решила Валентина заняться «пирожковым» бизнесом. Рано утром она отправлялась на рынок, а за собой катила огромную неподъемную «пирожковую» сумку-тележку. Сбылась Валентинина мечта о пирожковом изобилии, но жизнь ее от этого легче не стала…

 

Мой «санаторный» отдых продлился с лета до середины зимы. В январе я съехал с квартиры. Весной решил навестить свою прежнюю хозяйку, а вместо дома застал одно пепелище… Соседи рассказали мне, что новые постояльцы «моей» жилплощади устроили пожар. Валентина Никонова куда-то уехала, не оставив адреса, может, к родне. А может, по привычке с несгибаемым упорством снова возводит где-то свой новый «пирожковый рай» – страну мечты, благоденствия и изобилия?..

 

Александр ШАХНО

Категория: Тульский литератор » Проза

Уважаемый посетитель, просим Вас соблюдать правила нашего сайта.(регистрация необязательна)
Вопросы и предложения направлять по адресу: 71info@mail.ru